Ормузский капкан: Четыре сценария «всемирной газовой катастрофы»

Глобальное предложение сжиженного природного газа в 2026 году окажется примерно на 30−35 миллионов тонн или на 8% меньше, чем предсказывалось ранее.

Если в феврале прогноз предполагал, что объём предложения СПГ в мире достигнет 471 млн тонн при спросе в 462 млн тонн, то теперь эксперты ожидают, что спрос составит 444 млн тонн, а предложение лишь 441 млн тонн. В результате на рынке сложится дефицит «голубого топлива».

Эти выводы базируются на базе данных статистики с 2010 года и прогнозах до 2040 года. В качестве одного из вероятных сценариев рассматривается быстрое снятие блокады с Ормузского пролива и возобновление экспорта СПГ с уцелевших производств в Катаре и ОАЭ к концу июля текущего года, сообщает новый анализ Центра ценовых индексов (ЦЦИ)

По мнению экономиста-международника Юрия Горохова приведённый прогноз отражает изменение ожиданий:

— Изначально предполагался умеренный профицит, теперь рынок движется к небольшому дефициту, на уровне статистической погрешности, при снижении объёма спроса и предложения. Причина всего — война в Персидском заливе, начавшаяся 28 февраля 2026 года.

Вслед за ударами США и Израиля по Ирану последовал ответ, который вывел из строя существенную часть мощностей СПГ в зоне Персидского залива. Но 85 млн тонн годового объёма экспорта — такова потенциально затронутая мощность — не надо путать с фактически выпавшим предложением.

Даже крупные удары вряд ли в состоянии одномоментно выключить четверть мирового рынка СПГ.

Вместо дальнейшего разрушения мощностей последовала блокировка Ираном Ормузского пролива. А через пролив проходила значительная часть катарского и эмиратского СПГ. Объявлен форс-мажор QatarEnergy по долгосрочным контрактам. С мирового рынка выбыло 13 млн тонн катарского СПГ в год.

«СП»: Может ли нефтегазовый дефицит оказаться больше, чем говорят?

— Прогнозы, по-видимому, занижают реальные риски. В качестве базового сценария рассматривается «скорое завершение блокады и возобновление экспорта СПГ в конце июля». Это оптимистичное допущение, но блокада длится с февраля — и даже при её снятии нормализация судоходства займёт недели, а восстановление повреждённых мощностей месяца и годы.

Реальные выпадающие объёмы из-за боевых действий возможно заместить за счёт других поставщиков, но это непросто.

США, Канада, Мексика и африканские страны планируют ввод новых мощностей в 2026—2027 годах, около 125 млн тонн. Однако эти проекты только начинают запускаться и полное замещение ближневосточных объёмов произойдёт не ранее 2028−2030 годов.

«СП»: Для России кризис, в соответствие с китайской трактовкой, время возможностей?

— В отличие от Катара и ОАЭ, российские проекты: «Ямал СПГ», «Арктик СПГ-2» никак не зависят от Ормузского пролива, используя Северный морской путь в Европу, и на юг в Китай.

При дефиците на мировом рынке санкционное давление на российский СПГ может и ослабеть, покупатели вынуждены искать любые доступные объёмы. Хотя танкеров-газовозов не хватает.

«СП»: Как будут развиваться события?

— Оговорюсь, что это не научный анализ, а субъективный прогноз. Но как обычно делают в серьёзных исследованиях, предложим и мы четыре основных сценария. Главное развитие ситуации будет вокруг Ормуза, который фактически стал полем битвы за контроль над мировыми энергопотоками.

За базовый примем инерционный путь развития ситуации, на котором произойдет выборочный доступ к нефти и газу, а перманентная напряжённость продолжится с вероятностью в 50%.

Ключевое условие тут, что Иран сохранит контроль над проливом и продолжит выдавать разрешения на проход танкеров.

В последние недели он начал пропускать отдельные суда, в частности, два танкера с иракской нефтью и первые два с катарским СПГ Пакистану. Судя по данным отслеживания, они шли с выключенными транспондерами вблизи иранского побережья, что указывает на координацию с Тегераном.

При таком режиме объёмы остаются на «капельном уровне» — ничтожная доля от нормальных полторы сотни танкеров с нефтью и газом в день. Рынок сохраняет жёсткий дефицит, цены будут высокими. Именно этот сценарий, вероятно, заложен в прогноз с дефицитом в три млн тонн, при условии частичного возобновления экспорта.

«СП»: Оптимистичный для Запада — прогноз полное открытие пролива?

— Такая вероятности есть при снятии блокады США и иранских ограничений, возврат к довоенному режиму судоходства. Через 3−6 месяцев возможна нормализация, через 3−5 лет восстановление мощностей.

Этот сценарий возможен при возобновлении экспорта к июлю 2026 г. Однако он маловероятен.

Иран заполучил колоссальный рычаг влияния, контролируя 20% мирового СПГ-трафика, нравится это кому-то или нет. Президент Трамп заявил, что возврат к довоенному статусу — условие для перемирия, но Тегеран вряд ли добровольно откажется от этого инструмента.

Кроме того, даже при политическом соглашении, потребуются месяцы на разминирование, снижение страховых премий и восстановление графиков поставок. Так что вряд ли. Но, навскидку процентов двадцать можно дать на возможность такого «вкусного» варианта.

«СП»: Наиболее пессимистичный для Запада вариант — срыв перемирия и новая эскалация?

— Вероятность этого больше, процентов 25%. Если стороны не достигают соглашения, боевые действия возобновляются во второй половине 2026 года.

Ведь перемирие крайне хрупкое. Президент Трамп заявил, что не потерпит «шантажа» проливом, США сохраняют морскую блокаду Ирана, а тот обстрелял танкер у берегов Омана.

При возобновлении боевых действий, потери мощностей могут возрасти с нынешних, как утверждают, примерно 20−25% до 30−40% и более. Под ударом окажутся уцелевшие мощности в Катаре и ОАЭ, а также инфраструктура Саудовской Аравии.

Если блокада продлится два-три квартала, мировая цена нефти может достичь 132 за баррель, а в Европе и того больше. Для газа последствия станут ещё тяжелее, цены на него в Европе могут превысить евро за куб.

Но и это ещё не самый плохой вариант. Возможен и шоковый, полный коллапс системы. С вероятность 5% возможно военное столкновение с уничтожением ключевой инфраструктуры по всему Персидскому заливу. Случится это может внезапно, в любой момент.

Сценарий наихудший для Запада, хотя и маловероятный. Он предполагает, что конфликт перерастает в полномасштабную региональную войну с ударами по всем СПГ-мощностям региона в Катаре, ОАЭ, Саудовской Аравии, а также, разумеется, по иранским месторождениям, считает эксперт…

Вот тогда потери могут достичь половины мирового предложения СПГ. Последствия для мировой экономики — глобальная рецессия, нормирование потребления газа по всему миру кроме России, тройной скачок цен. Такой сценарий пока не закладывается ни одним серьёзным аналитиком, и, скорее всего, в ближайшие год-полтора Иран сохранит избирательный контроль над проливом, пропуская ограниченные объёмы.

Но даже при наиболее оптимистичном развитии событий, с открытием пролива этим летом дефицит сохранится, поскольку придётся физически восстанавливать разрушенные мощности. Рынок СПГ вступает в период затяжного дефицита, независимо от исхода переговоров между США и Ираном. К российским же производителям остаётся вопрос — смогут ли они оперативно нарастить экспорт?